Казань,29 Мая, Среда $ 64.54 € 72.17
Подписаться
Годовая подписка на журнал за 3960 руб
Оформить подписку

Следующая станция — ТатАЭС

Следующая станция — ТатАЭС
Фото: Ната Смирнова

Экономических аргументов, пусть и вполне очевидных, для возведения в России новых атомных электростанций недостаточно — фобии населения, порожденные Чернобылем и Фукусимой, изживаются с трудом. Тем не менее, возобновление строительства Татарской АЭС в Камских Полянах, судя по всему, лишь вопрос времени

Альтернативы атомным станциям имеются, однако технологически Россия гораздо лучше подготовлена именно к «мирному атому», чем к конкурирующим видам энергообеспечения. Правда, для того, чтобы убедить в этом татарстанскую общественность, придется провести мощную информационную кампанию, поставив людей перед практически экзистенциальным выбором. Так считает профессор КГЭУ, доктор химических наук Олег Ключников. Кризис энергосистем в европейских регионах страны преодолим только двумя способами: или за счет перехода на газотурбинные (парогазовые) технологии, или путем строительства АЭС. Если этим не заняться вплотную сейчас, со временем мы вполне можем проверить на себе тяжелый опыт Армении. Там на «зеленой» волне в начале 1990-х годов остановили местную АЭС, что отбросило жизнедеятельность городов на пещерный уровень. «Что в нашей энергетической стратегии на первом месте? Думаете, энергосбережение? — спрашивает меня эксперт и сам же отвечает: — Нет, надежное энергообеспечение. Жизнеобеспечение гораздо важнее для нас. Энергосбережение на втором месте, экология — на третьем».

 ТатАЭС 2.0

Мирный атом, как известно, уже был в свое время почти ощутимой реальностью в Татарстане. Возведение первого варианта Татарской АЭС мощностью 4 ГВт стартовало в 1980 году по проекту Рижского отделения института «Атомтеплоэлектропроект», и в конце последнего десятилетия советской эпохи приблизилось к завершению. Были построены «городок энергетиков» (поселок Камские Поляны) и почти вся необходимая инфраструктура — административные корпуса, пускорезервная котельная, насыпь водохранилища (по сути, резервного водоемаохладителя) и другие объекты. Началось возведение реакторных отделений и машинных залов первого и второго энергоблоков, прибыла даже баржа с первым реактором, который, впрочем, так и не был установлен. Масштабную стройку фактически остановило проснувшееся после Чернобыля экологическое и национальное самосознание населения. Документально финиш был оформлен решением правительства и постановлением Верховного совета ТАССР от 17 апреля 1990 года с такой мотивировкой: стройка находится «в зоне тектонически активного Камского разлома». С тех пор часть объектов была либо демонтирована, либо растащена на металлолом. Поскольку топливо на станцию не завозилось, со временем она стала объектом специфического экстремального туризма — в уцелевших сооружениях, продуваемых пыльным ветром, стены испещрены граффити и надписями типа «Здесь были…».

В 2000-е годы исполнительная власть Татарстана периодически реанимировала тему возобновления строительства АЭС. В 2005 году запуск двух реакторов в Камских Полянах даже внесли в проект «Программы социально-экономического развития республики на 2005 – 2010 годы». Но Госсовет РТ тогда снова внял протестам общественности и изъял этот пункт из документа. На время страсти поутихли, а местные общественники переключились на антиядерную борьбу в соседних регионах (в Ульяновской области с их помощью отбились от возведения новой АЭС в Димитровграде, а в Нижегородской — пока протестуют против станции в Навашинском районе). Но в ноябре 2013 года правительство РФ утвердило схему территориального планирования РФ в области энергетики — с перечнем АЭС, строительство или модернизацию которых планируется осуществить до 2030 года (с оговоркой, что сроки ввода в эксплуатацию, используемый тип оборудования и установленная мощность могут корректироваться). В числе девяти станций была упомянута и Татарская АЭС в Камских Полянах, с установленной мощностью 2,3 ГВт. Документ согласован с правительством РТ. Схема эта перспективного характера, то есть в ней закреплена целесообразность размещения объектов, а не конкретное решение об их возведении. Тем не менее, «исторический» подрядчик строительства АЭС — компания «Камгэсэнергострой» (возводившая первую версию станции) этим летом устами своего руководства неоднократно заявляла о своей готовности участвовать в стройке. Определенная «отсечка» должна произойти уже в конце 2014 года, когда Минэнерго России закончит корректировку схемы размещения объектов электроэнергетики до 2030 года, дополнительно проработав актуальность ее проектов. И если решение федерального ведомства по ТатАЭС будет положительным, госкорпорация «Росатом» представит правительству РТ инвестиционную декларацию о намерениях. После этого, видимо, последует очередной зондаж общественного мнения.

В «верхах» мнение, судя по всему, уже сформировано. В строительстве заинтересованы и правительство РФ как стратегический оператор энергомощностей, и Росатом как заказчик, и республика, которая решит проблему занятости камскополянцев (причем — за счет бюджета РФ), обеспечит работой своих строителей и смежных подрядчиков, а заодно освободится от головной боли, связанной с Нижнекамской ГЭС и другими вариантами наращивания энергомощностей.

 А оно нам надо?

Кризис энергосистемы, о котором говорит Олег Ключников, связан с моральным и физическим износом мощностей — зачастую не только малоэффективных, но и неэкологичных. Сейчас энергоемкость ВРП Татарстана в полтора раза выше среднемирового уровня и в 2–2,5 раза выше, чем в развитых странах. Естественно, это прямым образом сказывается на конкурентоспособности промышленной продукции республики.

Противники строительства АЭС предлагают реализовывать парогазовый проект взамен атомного. Фактически по этому пути Татарстан уже движется, тем более что вариант с подъемом уровня водохранилища Нижнекамской ГЭС отнюдь не выглядит простым решением (подробнее об этом, а также о проблемах татарстанского энергокомплекса в целом см. «Энерговызов нового времени»). Проблема в том, что в этом сегменте отечественное машиностроение отстает: собственными силами Россия может обеспечить лишь 20–25% своих потребностей в газовых турбинах, да и те сильно уступают западным аналогам по электрическому КПД. Их использование консервирует давнюю проблему нашей энергетики, исторически завязанной на советское изобретение — теплоэлектроцентрали с их комбинированной выработкой тепла и электричества. ГТУ производства Siemens AG, ABB, General Electric и других западных компаний, дающие электрический КПД 60–65 процентов, могли бы стать отличной альтернативой АЭС, если бы не два «но». Во-первых, величина капиталовложений в строительство сети ПГУ и одной АЭС, по оценкам специалистов, примерно равнозначна. Как и себестоимость вырабатываемой энергии — с учетом нынешних цен на газ, который, по прогнозам, будет только дорожать (кстати, когда принималось решение о строительстве АЭС в Белорус сии, минский Объединенный институт энергетических и ядерных исследований «Сосны» оценил атомный сценарий как более дешевый с точки зрения долгосрочных макроэкономических показателей по сравнению с модернизацией на основе ПГУ-технологий. Себестоимость атомной электроэнергии белорусами прогнозировалась на уровне 65–70 процентов от «газовой»). Другое «но» — зависимость от поставок запчастей и крайне дорогого сервисного обслуживания ПГУ иностранными производителями. «В нынешней ситуации, когда в отношении России вводятся все новые санкции, это может стать ловушкой», — комментирует Ключников. Конечно, государство могло бы организовать мобилизационный проект по созданию эффективных ГТУ. Вопрос лишь в том, зачем ему это, когда в стране есть полноценно развитая отрасль атомной энергетики. 

«Атомные станции нужны были 40 лет назад»

Олег Ключников предлагает провести открытую дискуссию среди специалистов и всех заинтересованных лиц по вопросу возобновления строительства ТатАЭС. Наш мини-опрос показал, что даже в геологическом и экологическом сообществах нет безапелляционного неприятия этой идеи. «Вся территория Татарстана подвержена интенсивному карстованию», «здесь живущие тектонические разломы» — в этих доводах, на которые всегда опирались противники строительства, опрошенные «Экспертом-Татарстан» специалисты не видят однозначной опасности. Первый заместитель директора Института геологии и нефтегазовых технологий КФУ, доктор геолого-минералогических наук Анатолий Борисов считает, что старая площадка с геологических позиций далеко не идеальна, но категорически отвергать ее нельзя. Надо продолжать исследования, тем более что техническая возможность для этого есть: «Современная техническая оснащенность научных организаций (в том числе и КФУ), геофизических компаний, таких как «ТНГ-Групп», позволяет однозначно выявлять карстовые полости и делать соответствующие заключения».

Правда, заместитель директора по научной работе в области экологии Института проблем экологии и недропользования АН РТ Дмитрий Иванов усомнился, что с годами геологические разломы в районе предполагаемого строительства перестали существовать. Но и он согласен с тем, что от АЭС, с точки зрения вреда природе и человеку в ходе строительства и эксплуатации, вред будет наименьший: «Отрицательные экологические последствия несет в себе строительство любой электростанции, включая существующие ГЭС. При правильной эксплуатации АЭС даже более экологична, чем другие электростанции, если не брать в расчет ветровые, приливные, солнечные, а только гидро- и тепловые. Но в случае техногенной катастрофы отрицательные последствия, конечно, не сравнимы ни с чем. Однако 99 процентов этих катастроф связано с человеческим фактором».

А вот руководитель представительства Российского экологического центра в РТ, руководитель Международного форсайт центра РТ Рамиль Булатов предлагает взглянуть на проблему с принципиально иной стороны. Человечество, говорит он, сейчас развивается другими, новыми путями, идя по пути сокращения и экономии используемой энергии. Металлургия, к примеру, будет сокращаться вследствие широкого наступления наноматериалов и технологий, а на смену традиционным видам жидкого топлива придет электричество. «Большие атомные станции нужны были 40 лет назад, — утверждает Булатов. — Сейчас можно строить мини-АЭС на один или два мегаватта, полностью исключающие «человеческий фактор». Ресурсы же, которые планируется направить на строительство АЭС, эксперт предлагает задействовать в альтернативной и малой энергетике. Которая дала бы экономический и социальный эффект, вполне сравнимый с предполагаемым сторонниками строительства АЭС: «Причем этот процесс пойдет с все время нарастающими результатами. Если представить энергетическую отдачу от АЭС и альтернативных источников энергии в виде графика, то в период строительства АЭС отдачи, естественно, никакой, затем — одномоментный рост и стабилизация на одном уровне. В альтернативной энергетике рост начинается сразу, он равномерен и зависит только от количества вложенных средств. А учитывая рефинансирование этих проектов на средства уже запущенных, энергии можно получать еще больше». 

 

«Как бы мы ни боялись АЭС, жизнь заставит их строить»

В 2000-х годах рабочая группа КГЭУ участвовала в разработке энергетической стратегии РТ на период до 2020–2030 гг. Среди прочего она рассматривала и оценивала сценарии развития энергетического комплекса республики — оптимистический, пессимистический и вероятный. «Эксперт-Татарстан» спросил у входившего в группу профессора кафедры энергообеспечения предприятий и энергоресурсосберегающих технологий КГЭУ Олега Ключникова, что показала эта работа и какую роль стратегия отводила Татарской АЭС.
 — Первый вопрос, который вам задаст население, — стоит ли экономическая эффективность АЭС тех рисков, которыми сопровождается ее эксплуатация?
 — На мой взгляд, рисков нет. Чернобыль и Фукусима — это, безусловно, тяжелый опыт, и вся мировая атомная промышленность его, конечно же, учла.
Сейчас для строительства атомных станций применяются более надежные технологии. И именно Россия ушла далеко вперед в вопросе обеспечения их безопасности, именно наши проекты пользуются спросом на мировом рынке. Росатом уже построил АЭС в десятках стран, и заказы продолжают поступать. По нашим технологиям построен ряд китайских АЭС с двойными куполами и бетонным «стаканом» под реактором. То есть если случается самое страшное, в том числе внутренний физический взрыв (как на ЧАЭС), радиоактивная масса не разбрасывается, а сохраняется в этом стакане. Причем вся конструкция рассчитывается на максимальные амплитуды движений земной коры.
Кстати, надо обязательно еще раз объяснить населению, что именно произошло в Чернобыле и Фукусиме. Чтобы было понятно: виноват не атом, а человеческий фактор, который теперь можно исключить. В Чернобыле свою роль сыграли безответственность и цепочка неверных решений. Там реактор находился на профилактике, и на станции решили, что его надо досрочно, к 1 мая, вернуть в эксплуатацию. Чтобы отрапортовать. Для разгона реактора из его зоны больше, чем предусмотрено по технологии, вывели графитовые стержни — элементы, улавливающие нейтроны (замедлители). Это как на велосипеде не тормозя съехать с горки, чтобы быстрее забраться на следующую. Реактор разогнали, а когда стали возвращать замедлители, произошло заклинивание. То есть, первое — нарушили все правила эксплуатации, второе — случилось ЧП. Наложение ошибок и аварийных ситуаций, поправимых по отдельности, привело к взрыву реактора. Поэтому такие эксперименты надо категорически запрещать.
А в Фукусиме, где станцию проектировали и строили американцы, эти самые графитовые стержни вводятся в реактор снизу. И когда произошло обесточивание станции, стержни упали, реактор перешел в режим самоускорения и взорвался. Я до сих пор недоумеваю, почему там не было налажено более надежное электроснабжение, хотя бы от соседних станций. По нашей технологии стержни расположены над реактором. При отключении электроэнергии они падают в его зону и глушат его.
— А что вы скажете про усиленное карстование, которое характерно для всего Поволжья?
— Вы знаете, по некоторым данным, подземные реки в нашем регионе даже больше стока Волги, но многоэтажные дома стоят. Тектонические разломы, карсты — это надуманные аргументы. Мы находимся на одной из самых стабильных плит. В Армении сейсмоопасность не сравнить с нашей, надуманной, но АЭС там действует. Просто нужны грамотные инженерные расчеты и проектные решения, достоверная геологоразведка. Доверять надо именно этому, а не эмоциям и фобиям. Вот смотрите, есть две развитые страны — Франция и Германия. Энергетическая концепция первой — это атомные станции. Концепция второй — полный отказ от них, переход на ПГУ и альтернативную энергетику. Можно бесконечно спорить, что правильнее, но Франция снабжает электроэнергией себя, Англию, ту же Германию. Она на этом зарабатывает. А вот Германия, если она вдруг лишится нашего газа, уже не сможет реализовывать свою энергетическую стратегию.
В чем Россия преуспела, где у нас высокие технологии? В космической отрасли, частично в ВПК и в атоме. Научно-техническая проработка, реакторы, эксплуатация, хранение отходов — все это у нас развивается с 1940-х годов. Зачем отказываться от своих ниш, когда их не так уж и много? Тем более что конкурентоспособность всей нашей промышленной продукции напрямую зависит от степени износа имеющихся энергетических мощностей. Наши нефтяники пользуются электроэнергией Уруссинской ГРЭС, введенной в эксплуатацию еще в 1944 году. Электрический КПД у нее чуть ли не 25 процентов. Понятно, что в себестоимость нашей нефти входит еще и повышенная стоимость киловатт-часа неэффективной генерации Уруссинской ГРЭС. И так во всем. Сейчас себестоимость китайского полиэтилена ниже нашего, потому что «Казаньоргсинтез» вынужден брать электроэнергию с казанской ТЭЦ-3. Они вместе строились, друг для друга. Или взять каучук. Мы крупнейшие его производители по некоторым видам не только в Европе, но и в мире. Себестоимость натурального таиландского, вьетнамского или индийского каучука сейчас становится ниже, чем у нашего изопренового, производства Нижнекамскнефтехима. В общем, для повышения конкурентоспособности нашей экономики нужна более дешевая электроэнергия, которую АЭС может обеспечить в необходимом объеме. Я думаю, что, как бы мы ни боялись атомных станций, жизнь рано или поздно подведет нас к черте и скажет: живем как люди или переходим, как дикари, на дровяное отопление.
Распечатать
Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Читать также
Пользователи соцсетей получат бесплатный доступ к бизнес-знаниям

16:00

Пользователи соцсетей получат бесплатный доступ к бизнес-знаниям

Украина попала в список беднейших стран региона

24 Мая

Украина попала в список беднейших стран региона

В Японии стартовали тестовые поставки товаров по Транссибу в Европу

24 Мая

В Японии стартовали тестовые поставки товаров по Транссибу в Европу

В Казани обсудят строительство первого участка второй линии метро

23 Мая

В Казани обсудят строительство первого участка второй линии метро

Как правильно закопать деньги?

23 Мая

Как правильно закопать деньги?

В Татарстане ожидается град

23 Мая

В Татарстане ожидается град

В Казани на два месяца перекроют две улицы

23 Мая

В Казани на два месяца перекроют две улицы

О том, что имеют — не знают, но можно дать и больше...

23 Мая

О том, что имеют — не знают, но можно дать и больше...

Цены на нефть в четверг постепенно снижаются

23 Мая

Цены на нефть в четверг постепенно снижаются

Руслан Халилов: «Мы будем проводить эти форумы ежегодно»

23 Мая

Руслан Халилов: «Мы будем проводить эти форумы ежегодно»

Рост производства в апреле показал максимум за два года

23 Мая

Рост производства в апреле показал максимум за два года

Гендиректор «Яндекс. Такси» станет вторым человеком компании

23 Мая

Гендиректор «Яндекс. Такси» станет вторым человеком компании

У Казани появится фирменный халяльный торт

23 Мая

У Казани появится фирменный халяльный торт

ЦБ потребует возмещения убытков от разорившихся НПФ

23 Мая

ЦБ потребует возмещения убытков от разорившихся НПФ

На ЦИПР-2019 в Иннополисе прошел вечер, посвященный робототехнике

23 Мая

На ЦИПР-2019 в Иннополисе прошел вечер, посвященный робототехнике

Все события

Корпоративные Блоги

Все блоги

Экономика и финансы

  1. Лидеры энергоэффективности
    Компании, входящие в группу «ТАИФ», в рамках международного форума поделились передовым опытом в сфере энергосбережения. Сложнейшие технологические решения отмечены и президентом Татарстана, и правительством…
  2. Когда потребитель выходит из энергосети...
    Вопросы ценообразования и его перспективы на внутреннем российском рынке на заседании правительства Татарстана в эксклюзивном интервью «Эксперту Татарстан» очень наглядно представила член совета директоров…
  3. Энергетика Татарстана: победы и проблемы
    Итальянские ветры татарстанской энергетики, газомоторное топливо для привлечения федеральных средств и энергоэффективность предприятий обсудили на международном форуме в Казани
Подписаться

Топ

  1. В РФ увеличат минимальный размер оплаты труда
    МРОТ планируют увеличить с 1 января 2021 года в связи с пересмотром потребительской корзины в большую…
  2. Госкорпорация «Ростех» запустит в Иннополисе производство Т-500
    Сегодня, 22 мая, в рамках конференции «Цифровая индустрия промышленной России» пройдет церемония запуска…
  3. Родители татарстанских школьников требуют ввести пятидневную учебную неделю
    «Родительское сообщество Татарстана» направило президенту республики Татарстан Рустаму Минниханову, а также…
  4. В ОПЕК+ отмечают влияние отношений США и КНР на нефтяной рынок
    Участники соглашения ОПЕК+ обсуждают вопрос влияния отношений США и КНР на нефтяной рынок. Об этом сообщил…
  5. Президент РТ поздравил татарстанцев с Днем официального принятия ислама Волжской Булгарией
    Президент Татарстана Рустам Минниханов обратился к жителям республики с поздравлением по случаю Дня официального…

Интервью

WorldSkills. Все стороны медали

WorldSkills. Все стороны медали

Казань готовится принять мировой чемпионат рабочих профессий WorldSkills (Ворлдскиллс). Это престиж для Татарстана, инвестиции, 9,5 млрд рублей на развитие инфраструктуры, специально построенный красивый многофункциональный комплекс «Kazan Expo»… А что «турнир профессионалов» даст ребятам-участникам и что - экономике страны? С вопросами мы обратились к инициатору появления WorldSkills в России Павлу Черных, а также к непосредственным участникам образовательного процесса

Научный фундамент застоя

Научный фундамент застоя

Как «сшить» разрыв между наукой и бизнесом? Синергия фундаментальной науки и промышленности обещает колоссальный прорыв обеих отраслей, однако на этом пути есть множество препятствий